Митрополит Филарет (отец царя Михаила Федоровича)

В 1606 году на Ростовскую кафедру поставлен митрополит Филарет (Романов), с именем которого связано воспоминание о подвиге, совершенном в стенах Успенского собора в октябре 1608 года, когда напали на Ростов поляки и литовцы под предводительством Сапеги. Часть населения Ростова в страхе бежала из города, а многие вместе с архипастырем заперлись в Успенском соборе, где владыка Филарет отслужил Божественную литургию, причастил всех предстоящих, сам готовился «яко агнец на заклание», воодушевляя собравшихся в храме мужественно встретить врага. Двери собора были взломаны и осаждавшие «начаша сещи людей, и изсекоша множество неповинного народа». Митрополит Филарет был схвачен, святительские одежды с него сорваны, и в рубище он был отправлен в стан тушинского вора. Собор подвергся полному разграблению. Марина Мнишек в своем дневнике писала о взятии Ростова и разграблении Успенского собора: «…захватили живыми митрополита и воеводу, поубивали там же в церкви попов и чернь, взяли в плен многих женщин, разграбили церковную сокровищницу, золото, серебро, жемчуг и иные драгоценности. Между прочим, был там один предмет, отлитый из чистого золота, называемый ракой чудотворца, весивший семь с половиной пудов. Они взяли также серебряный гроб и все золотые и серебряные украшения, бывшие на иконах».

В апреле 1613 года проездом из Костромы в Москву был в Ростове только что избранный Земским собором на царство Михаил Феодорович Романов, сын митрополита Филарета. Сохранилось предание, что он был встречен ростовцами в Успенском соборе, где царя благословили иконой Божией Матери с Младенцем с предстоящими ростовскими святителями Леонтием, Исаией и Игнатием. Михаил Феодорович усердно молился перед святынями собора, «проливая слезы» при виде следов его разрушения. Ростовскому митрополиту Кириллу царь подтвердил владение вотчинами церковными, что дало возможность ростовским архипастырям восстановить собор. В 1619 году царь Михаил Феодорович, совершая паломническую поездку по святым местам, вновь посетил Ростов. Позднее он неоднократно делал богатые вклады в Успенский собор.

Алексей Михайлович

В 1652 году Патриарх Никон посвятил в митрополиты ростовские Иону Сысоевича. Много общего было у этих людей: оба вышли из низов, оба были честолюбивы и деятельны. В лице Ионы Сысоевича Никон обрел верного сторонника проводимой тогда церковной реформы, активного и беспощадного борца со старообрядцами. Между тем над самим Никоном, пытавшимся поставить церковь над государством, сгущались тучи: царь Алексей Михайлович перестал приглашать его на торжественные приемы, не посещал церковные службы, которые вел в кремлевском Успенском соборе патриарх. Кончилось тем, что к Никону явился царский посланник и передал требование впредь не именовать себя «великим государем», поскольку есть только один великий государь – это царь. И здесь Никон, поддавшись чувствам, совершил ошибку, за которую, вероятно, потом всю жизнь раскаивался. Он обратился к народу со следующими словами: «От сего времени я вам больше не патриарх, если же помыслю быть патриархом, то буду анафема». При этом Никон, конечно, рассчитывал, что его заявление подействует на царя, и их отношения вернутся в прежнее русло. Однако всё произошло с точностью наоборот: царь запретил почитать Никона как главу русской церкви. Местоблюстителем патриаршего престола, т.е. временно исполняющим обязанности патриарха, в августе 1664 года стал Иона Сысоевич. У него появилась реальная возможность стать патриархом. Но и его, как до этого Никона, подвел неуемный характер. В декабре 1664 года понявший свои просчеты Никон неожиданно вернулся в Москву. И когда возвратившийся в Москву из добровольной ссылки Патриарх Никон появился на заутрене в Успенском соборе, местоблюститель Патриаршего престола Иона, презрев соборное определение, подошел под благословение опального Патриарха Никона, после чего под его благословение подошел и весь клир, и народ в соборе. Более того, именно Иона явился в царский дворец с вестью о возвращении Никона. Правда, при этом он имел вид ни в чем не повинного простачка, окончательно сбитого с толку нежданным появлением могучего патриарха. На грозный вопрос царя, как он дерзнул нарушить царский указ, Иона с наивным простодушием, покаянно вздыхая, оправдывался, «что он то учинил забвением, устрашася его Никона внезапным пришествием». Но царь ни в «забвение», ни в «устрашенность» Ионы не поверил и даже не захотел принять от него благословения. Для Алексея Михайловича, который суеверно испрашивал благословение даже у наказанного им раскольничьего протопопа Аввакума, это был необычайный поступок, выражавший крайнюю степень царского гнева. По указу Алексея Михайловича немедленно созвали церковный собор, перед которым Ионе пришлось давать клятвенное заверение, что его поведение было неумышленным. Собор, снисходя к смиренной «немощи» подсудимого, постановил: «Митрополиту Ионе блюстителем соборныя апостольския церкви впредь не быть, а в том его внезапном прегрешении быть свободным». Царь Алексей Михайлович 2 марта 1665 года указал: «Митрополиту Ионе на митрополии в Ростове…» Раскаяние Ионы, видимо, было принято. Он продолжал присутствовать на всех последующих Церковных Соборах, решавших важные церковные и государственные вопросы, присутствовал на короновании царя Федора Алексеевича (1676) и на короновании царей Иоанна и Петра Алексеевичей (1682). По возвращении из Москвы а 1665 году Иона приступает к грандиозному строительству Архиерейского дома, с XIX века называемый Ростовским Кремлем. И тогда, во второй половине XVII века, построенный митрополитом Ионой дом Ростовских владык был уникален по замыслу и воплощению. Кроме Архиерейского дома митрополит Иона возвел храмы в обителях, где он служил ранее, а также церковь святителя Леонтия и архиерейские палаты в Ярославле. В 1681 году, спустя 5 лет после смерти царя Алексея Михайловича, Никону было разрешено вернуться из ссылки в основанный им Ново-Иерусалимский монастырь. Путь Никона пролегал через Ростов, но ему так и не удалось увидеть возведенный здесь Кремль – в Ярославле бывший патриарх скончался. А почти ровно через десять лет, в декабре 1690 года, умер Иона Сысоевич.

Петр I

Поначалу Петр I собирался строить свой «потешный» флот на озере Неро, на берегу которого расположен г. Ростов, но, к сожалению, оно не совсем подходило для этих целей, и поэтому Петр в итоге построил свою флотилию на Плещеевом озере в Переславле-Залесском. Озеро Неро и по размерам подходило (13 км в длину, 8 км в ширину), и выход в Волгу имелся, но, к сожалению, дно покрыто толстым слоем ила (сапропеля). Наибольшая глубина озера — всего 4 м, при средней чуть больше 1 м. В основном дно озера Неро — многометровые (до 20 м) илистые отложения. В конце XVII века село Угодичи Ростовского уезда перешло во владение дворянского рода Мусиных-Пушкиных. По преданию, в 1709 году царь Петр I посетил в Угодичах своего сподвижника Ивана Алексеевича Мусина-Пушкина, которому «за ево службу и воинские походы» присвоил графский титул и пожаловал «Ростовское озеро с втекающими и истекающими из него реками и речками со всеми рыбными ловли владеть впредь без оброку». Кроме того, царь преподнес И.А.Мусину-Пушкину в дар древнюю икону Владимирской Богоматери из своей походной церкви. Перед смертью владелец завещал ее Богоявленской церкви, где она и была помещена. В 1707-09 годах в Угодичах в северной части села на месте деревянной церкви начала XVII века была сооружена при покровительстве Нарышкиной и Петра I каменная церковь во имя Николая Чудотворца, освящение которой произвел Ростовский митрополит Святитель Димитрий. В 1740 году село поступило в дворцовое ведомство, а в 1762 году стало имением помещицы Е.А.Голицыной, затем ее брата Ф.А.Карра, который в 1809 году отпустил своих крепостных на волю «со званием свободных хлебопашцев с правом землевладельцев-собственников». Кстати, после поражения под Нарвой, когда русская армия потеряла почти всю артиллерию, Петр Первый повелел пустить в переплавку церковные и монастырские колокола. Этой участи подверглась даже первопрестольная Москва – а Ростов Великий ее счастливо избежал, не пострадали ни ростовские храмы, ни знаменитая звонница Успенского собора с уникальными ростовскими колоколами. В чем дело? Почему Петр, для которого военное могущество России было превыше всего – даже на православную церковь замахнулся, – сделал это странное исключение? В книге М.Н.Тюниной «Ростов» это объясняется тем, что «в 1691 году Петр Первый из митрополичьих кладовых взял серебряной утвари 15 пудов и перечеканил ее на монеты, а в годы с 1692 по 1700 ростовская митрополия выплатила в государственную казну 15000 рублей – сумму по тому времени огромную».

Екатерина II

До 1779 года Ростов имел принципиально иную планировку, нежели сегодня. Это была естественная планировка, приноровленная к природным условиям. Русский человек дорожил природой как Божиим творением – улицы извилистые и узкие, естественно огибающие возвышенности, болотца, овраги и речки, которых немало в приозерной местности. Современная планировка города создавалась по плану регулярной застройки Ростова, утвержденному 23 апреля 1779 года Екатериной II. По новому проекту, созданному по принципам классицизма, все деревянные строения внутри крепости заменялись каменными, возводившимися по красным линиям новых улиц. С внешней стороны валов было оставлено обширное полукружие свободной от застройки территории, отделявшей городской центр от жилых кварталов. Впоследствии эта территория стала обширной ярмарочной площадью. Ее обнимала полукольцевая улица Окружная, от которой веером расходилось 11 улиц-радиусов, разделенных еще одним улочным полукольцом. В результате на смену стихийной слободской застройке пришла строгая упорядоченность геометрически правильных кварталов. В новую систему планировки вписывались монастыри и церкви. Около них предусматривалось создание прямоугольных площадей. Прежние улицы и участки интенсивной застройки в большинстве случаев оказались внутри кварталов.

Николай II

В 1913 году, в год 300-летия царствования династии Романовых Августейшая Семья предприняла паломническую поездку из Костромы в Москву через Ярославль и Ростов, по пути следования первого царя Михаила Феодоровича Романова после его избрания в 1613 году на царский трон. В Ростов императорская семья прибыла на поезде 22 мая 1913 года. К приезду город украсили, придав ему праздничный вид — на домах развевались национальные флаги, балконы были украшены портретами царской семьи, на вокзале их встречали представители ростовского дворянства, должностные лица и городские дамы. Николай II принял хлеб-соль от ростовского дворянства, земства и городского общественного управления, которые, в свою очередь, выступили с приветственной речью. Со станции царская семья отправилась в Успенский кафедральный собор. По пути их следования были выстроены учащиеся местных учебных заведений. Возле здания мужской гимназии духовой оркестр из гимназистов совместно с хором певчих из учащихся разных школ многократно исполнил народный гимн. При входе в Успенский собор учредитель Ростовского общества хоругвеносцев Успенский поднёс его величеству художественно исполненный финифтевый образ Спасителя в изящной раме местного рабочего-резчика. Помолившись, император осмотрел собор, поклонился его святыням и принял от архиепископа Тихона (Беллавина) в благословение икону Божией Матери с предстоящими Ростовскими чудотворцами (точную копию иконы, которою ростовчане благословили царя Михаила Федоровича). У южных врат собора государь прослушал ростовский звон колоколов, а затем осмотрел древние кремлёвские церкви, Белую Палату с её музеем и другие достопримечательностями Кремля. С вышки одной из кремлёвских башен царь осмотрел город, озеро и окрестности. В Кремле ростовскими дворянами была поднесена Цесаревичу Алексею деревянная резная модель Ростовского кремля работы кустарей Сергиева Посада. От имени Комитета музея хранитель Белой палаты И.А. Шляков поднёс императору список Владимирской иконы Божией Матери (небесной покровительницы города Ростова); объяснения при осмотре Белой палаты давал гофмейстер Штюрмер. Император посетил также Благовещенскую церковь. Вечером императорская семья посетила ростовский Яковлевский монастырь, где императора встретил настоятель монастыря викарий Ярославской епархии епископ Угличский Иосиф (Петровых). У мощей святителя Димитрия Ростовского был отслужен краткий молебен угоднику с чтением Евангелия, молитвы и провозглашение многолетия. Императорская семья приняли от настоятеля икону — древний складень с точной копией той иконы, которую жители Ростова поднесли святителю Димитрию при вступлении его на Ростовскую кафедру в 1702 году. Императору подарили также копию иконы Ватопедской Божией матери, к оригиналу которой царь в этом монастыре приложился у Царских врат. После осмотра находящегося рядом озера император направился, окружённый народом, к Шереметевскому храму. На пути его следования был показан висящий у входа в Яковлевский храм древний колокол с надписью, содержащей указание на время пожалования колокола царём Алексеем Михайловичем Зачатьевскому монастырю. В Шереметевском храме настоятелем храма были поднесены портреты на финифти Николая II, Александры Федоровны и Алексея в кабинетную величину, художественно исполненные местными мастерами, в дубовых художественных рамах, а также описание монастыря, фотографические виды, книги и брошюры монастырского издания. Из монастыря император с семьёй отправились в древнюю деревянную церковь Иоанна Богослова на Ишне, в которой Николай II вместе с детьми расписались в книге почётных посетителей. Вечер этого дня был кануном праздника Вознесения Господня, и император отслушал перед отбытием из Ростова всенощную, которая была совершена по его желанию в кремлёвской Воскресенской церкви. Из церкви императорская семья отбыла на вокзал для дальнейшего следования в Москву чрез города Петровск и Переславль.